На могиле неизвестного советского солдата в Потсдаме появилось имя — Николай Кислицын

Могилу этого фронтовика семья искала все послевоенные годы: ведь в семейных архивах осталось много документов, из которых ясно, где похоронен сержант. Но в реестре немецкого кладбища такая фамилия не значилась. И только сейчас там появился надгробный камень, на котором значится: Николай Кислицын.


Федор Кислицын несколько лет приезжал в Берлин в канун 9 мая. Он хотел найти могилу своего дяди-фронтовика, погибшего и похороненного в Германии. Надежды было мало, но Федор не сдавался. В бумажной папке, которая была для него на вес золота, Федор каждый раз привозил с собой документы 70-летней давности: письма с фронта, фотографии с похорон, еще несколько бумаг, имевших отношение к судьбе сержанта Николая Кислицына. Встречался с немецкими историками и чиновниками, убеждал, доказывал…

Николай Кислицын прошел от Курской дуги до Берлина и остался служить в Потсдаме. 22 апреля 1946-го, через год после окончания войны, сержант Кислицын вместе со своим командиром попал в аварию на мотоцикле. Командир выжил, Николая врачи спасти не смогли. Его старший брат Сергей, который служил в соседней части, сам был на похоронах. Сержанта Кислицына провожали в последний путь со всеми воинскими почестями. Сослуживцы пронесли гроб мимо церкви, опустили в землю, дали прощальный салют. На родину Николая, в деревню Высокая Грива, отправили похоронку: «Ваш сын погиб. Похоронен на военном кладбище в Потсдаме».

Через месяц вернулся домой старший из братьев. Рассказал, что лежит Николай в третьем ряду слева от входа, в пятой могиле. Уезжая из Германии, Сергей оставил смотрителю кладбища деньги и попросил поставить на могиле брата памятник.

Родственники все порывались навестить могилу, да как? Даже в Москву приехать из глубинки — целое событие, а тут речь о другой стране. Так и мечтали Кислицыны, что когда-нибудь, когда будет построен социализм, съездят они к Николаю.



И вот в 1974-м группу передовиков производства из Чувашии отправили в туристическую поездку в ГДР. Среди «ударников социалистического труда» оказалась и Валентина Кислицына, младшая сестра погибшего солдата. Она была ребенком, когда Сергей с Николаем уходили на фронт. Перед отъездом расспросив старшего брата еще раз, Валентина вместе с другими участниками поездки и гидом приехала в Потсдам. Несколько часов искали они могилу. Но так и не нашли.

Оказалось, что в Потсдаме не было не только надгробного камня с именем Николая. Сержант Кислицын не значился и в полном списке захороненных на советском кладбище. Нынешний смотритель мемориального комплекса Гюнтер Бутцманн разводил руками: документы, которыми он располагает, переданы немецким муниципальным службам советскими военными официально. И в этих документах фамилии «Кислицын» или похожей не было.

Бутцманн смотрел на фотографию, сделанную в день похорон Николая, и качал головой: «Этот снимок однозначно говорит о том, что человека похоронили здесь! Вот и наша церковь!» Но в третьем ряду слева от входа, как описал место захоронения старший Кислицын, Сергей, стоял камень с надписью «Неизвестный солдат».

Почему имени сержанта Кислицына не оказалось не только на камне, но и в советских списках погибших, установил ли 70 лет назад смотритель кладбища памятник на оставленные Сергеем деньги, и если да, то что с ним произошло, — мы теперь никогда не узнаем. Но муниципалитет Потсдама счел доказательства и доводы, приведенные Федором Кислицыным, достаточными для того, чтобы вместо безымянного надгробия установить камень, на котором высечено: «Сержант Николай Кислицын».

Так через семьдесят с лишним лет после войны в Потсдаме стало одним неизвестным солдатом меньше.

Федор Кислицын у могилы своего дяди. Фото:  Сергей  Гапонов


Читайте также:

Сергей Гапонов

Берлин


Поделиться
Отправить
Класс