В последнюю секунду

«ГроКо», то есть große Koalition, «большая коалиция», все-таки создана: за нее проголосовали и консерваторы из ХДС/ХСС, и социал-демократы (СДПГ). Последствий у этого много, и почти все можно назвать либо хорошими, либо приемлемыми, считает писатель и журналист Григорий Аросев.

В материале содержатся личное мнение, позиции, опыт, оценки и выводы автора. Они могут не совпадать, либо полностью расходиться со взглядами редакции «Живого Берлина». Если вы также хотите высказать свое мнение по данному или другому вопросу, напишите нам.

Фото: pixabay.com (CC0 Public Domain)

Кризис преодолен

Самое главное: крупный политический кризис в последнюю секунду преодолен без судьбоносных потрясений. В новых выборах в бундестаг, которые были более чем реальны, нужды больше нет. Естественно, это очень хорошо, потому что перевыборы показали бы полную нежизнеспособность главных политических сил в Германии: невозможность сформировать правительство с двух попыток в стране, которая обоснованно претендует на роль одной из ведущих держав в Европе, — приговор.

И если от Свободной демократической партии (СвДП) никто ничего особо не ждал (попали в парламент после четырехлетнего отсутствия, получили шанс сразу войти в правительство, отказались из-за странных решений лидера партии Линднера — их дело), то неспособность к компромиссам двух крупнейших сил — союза ХДС/ХСС и СДПГ — могла бы стать подлинно губительной для политического ландшафта.

Перевыборы — это не только дорого и долго, это еще и непонятный результат. Вероятнее всего, общая картина бы принципиально не изменилась. И тогда все пришлось бы начинать заново, а зачем, если можно то же самое делать сейчас.

Меньшевиков не будет!

Убереглась Германия и от правительства меньшинства — то есть от правительства, в которое входит одна партия (в данном случае — союз ХДС/ХСС), которая при принятии важных решений должна каждый раз заручаться согласием большого количества депутатов, чтобы при голосовании набрать большинство. Это в теории возможно, однако, как сказала в декабре 2017 года Ангела Меркель, такое правительство не было бы стабильным. А ведь стабильность — какой бы ироничной коннотацией это слово ни обладало в свете российских событий — важна для Германии ничуть не меньше, чем для других стран.

Помимо чисто технических неудобств (каждый раз вести переговоры с другими партиями, что отнимает время), это еще и не очень престижно. Я не люблю слишком образные выражения, однако это как раз тот случай: по сути, союзу ХДС/ХСС пришлось бы ходить на поклон к другим партиям по всем вообразимым поводам. Несолидно!

Но это все лирика. Главный же минус в правительстве меньшинства такой: нет гарантии, что все необходимые решения были бы приняты. Отсутствие официальных правительственных обязательств позволяет прочим партиям вести себя как угодно — либо пытаться манипулировать правительством, либо просто отвергать законопроекты и прочие инициативы.



Договоренность

То, что договорились ХДС/ХСС и СДПГ — очень хорошо. Но не менее важно то, как они договорились, то есть на каких условиях. Меркель в очередной раз вызвала на себя шквал критики, оставив за СДПГ не только пост министра иностранных дел (в правительстве 2013-2017 именно СДПГ направляла своих представителей в МИД), но и предложив будущим партнерам еще одну ключевую позицию в правительстве: министра финансов.

И речь идет отнюдь не только о престиже. В кулуарах говорят, что социал-демократы «не могут управляться с деньгами», а бизнесмен Вернер Бальзен, с 2015 года возглавляющий экономический совет ХДС, считает, что получение СДПГ ключевого ведомства знаменует «конец здоровой бюджетной политики» (цитата по Stern).

Для чего это нужно Меркель, — понятно. Союзу ХДС/ХСС во что бы то ни стало хотелось сформировать правительство, да поскорее. Для чего это нужно СДПГ — тоже понятно. Партия, судя по опросам, начала стремительно терять в популярности. Самый низкий результат на парламентских выборах в послевоенной истории страны как будто подсказывал СДПГ другой путь: оппозиционный.

Но предположу, что как раз резкое падение рейтинга заставило руководство принять парадоксальное решение: объявив устами своего уже бывшего лидера Мартина Шульца о переходе в оппозицию, СДПГ все-таки вошла в правительство, чтобы доказать свою работоспособность. Мучительно хочется верить, что политики в Германии хотят не только оставаться у власти, но и делать для этого что-то реальное. Вот в СДПГ, вероятно, и хотят разубедить тех, кто согласен с Вернером Бальзеном.

Очень одинокий Шульц

Сложившаяся ситуация с правительством в Германии еще и блестящим образом продемонстрировала, насколько же быстро проходит мирская слава. Речь о Мартине Шульце, экс-председателе Европарламента, который после многих лет работы в Брюсселе «вернулся» домой, возглавив СДПГ перед началом предвыборной кампании. На тот момент 61-летний Шульц выглядел необычайно перспективно и бодро.

Однако результат выборов ошеломил: партия набрала рекордно низкий процент голосов (20,5%), до сих пор худший результат был в 2009 (23%). Шульц немедленно объявил о переходе партии в оппозицию, что в СДПГ было поначалу встречено с одобрением. Потом Шульца переубедили относительно вхождения в правительство, а далее он и вовсе объявил, что хочет в новом кабинете занять должность главы МИД.

Ему тут же прямым текстом сказали: что же ты так быстро поменял свое решение, свое мнение? И Шульц… согласился. И не просто отказался от притязаний на МИД, но и ушел с поста председателя СДПГ. Безусловно, ему не стоит сочувствовать, у него все в порядке. Сочувствовать не надо, но виртуально пожать руку вполне можно. С моей точки зрения, это очень честный и порядочный поступок — не сам отказ, а признание своей неправоты не только на словах.

* * *

Однажды я спросил своего португальского друга Антонио, коренного лиссабонца, какие по факту отношения между двумя странами — Португалией и Испанией (с учетом их безальтернативного, а для Португалии так и вовсе единственного соседства). Антонио ответил отличной фразой: «Мы стоим очень близко, но спинами друг к другу». Не идеальная форма сосуществования, но это всяко лучше, чем стоять лицом к лицу, выкрикивая взаимные оскорбления.

В материале содержатся личное мнение, позиции, опыт, оценки и выводы автора. Они могут не совпадать, либо полностью расходиться со взглядами редакции «Живого Берлина». Если вы также хотите высказать свое мнение по данному или другому вопросу, напишите нам.

Читайте также:

Григорий Аросев

Писатель и журналист, главный редактор литературного журнала «Берлин.Берега»


Поделиться
Отправить
Вотсапнуть
Класс
Поделиться
Отправить
Вотсапнуть
Класс