Берлинале 2017: Кризис жанра

Ну вот и все: почетных медведей раздали, красные дорожки свернули, именитых гостей проводили. Наш автор Маргарита Юкечева побывала на важных показах и пресс-конференциях Берлинале и подводит итоги главной кинонедели года.

В материале содержатся личное мнение, позиции, опыт, оценки и выводы автора. Они могут не совпадать, либо полностью расходиться со взглядами редакции «Живого Берлина». Если вы также хотите высказать свое мнение по данному или другому вопросу, напишите нам.

Изображение: Berlinale

Берлинале — один из наиболее значимых и совершенно точно один из самых посещаемых кинофестивалей в мире. И Канны, и Венеция, два других города, принимающих фестивали группы А, — ему не конкуренты, в них проходят скорее киномеждусобойчики. Берлин не такой: он огромный и демонстрирует всем свою открытость. Берлинале принимает ежегодно около 300 тысяч посетителей. Любой, кто заранее побеспокоится о билете, сможет посмотреть очередную мировую премьеру в одном зале с командой этого фильма — режиссером, сценаристом и актерами. В этом году для показа в рамках самого фестиваля было отобрано 400 фильмов из чуть более семи тысяч. Восемнадцать фильмов участвовали в основном конкурсе.

Впрочем, весь пафос этих цифр в этом году был поставлен под вопрос кинокритиками — большинство сочли супчик жидким: красной дорожке недоставало звезд, залам — публики, а программе — сильных фильмов. Даже жюри, которое возглавлял легендарный Пол Верховен, состояло из малоизвестных широкой публике лиц (Диего Луна, Мэгги Джилленхол, Юлия Йентш, Ван Ван Цюаньань, Дора Бушуша Фурати, Олафур Элиассон), а сам Верховен проигрывал в харизме прошлогоднему председателю — Мэрил Стрип.

Право на счастье есть у каждого, таков девиз фестиваля, так что идите в зал и смотрите один за одним фильмы о глубоко несчастных людях

Фильмов из России в основном конкурсе не было, а в других секциях значился якутский «24 снега», короткометражка «Молоко» (совместно с Латвией) и грузинский «Заложники», снятый (уже бывшим, как поговаривают) мужем Надежды Михалковой — Резо Гигинеишвили, и документальный фильм про Олега Сенцова (совместное производство Эстонии, Польши и Чехии), снятый Аскольдом Куровым. Правда, то тут, то там возникают заячьи ушки российского кинематографа: у сербской картины «Реквием по госпоже J» продюсером значится Александр Роднянский, а абсолютный хит Берлинале, британский фильм «The Party» (Вечеринка) виртуозно снял оператор Алексей Родионов.

Итоги таковы: «Золотого медведя» получил фильм венгерского режиссера Ильдико Эньеди «О теле и душе». Жаль, в русском языке нет слова для обозначения женщины-режиссера, а «режиссерша» звучит почти обсценно. Необычный фильм Эньеди как будто бы про любовь, но конечно не только про нее, а еще про доверие, замкнутость и прощение. Про то, как медленно и с трудом мы открываемся друг другу в этом жестоком мире. Метафора жестокости кристально проста: действие происходит на скотобойне, а главный герой предупреждает новичка, что коров надо любить, чтобы убивать, иначе эта работа убьет тебя самого.

Другая считываемая метафора — исковерканность и неполноценность тел, физической оболочки, ничего не говорит о чистоте душ, которые способны общаться посредством снов и тел животных в каких-то параллельных мирах. В общем, хороший фильм, красивый и дает стимул подумать. Именно метафорами он похож на греческого «Лобстера». А еще в этом фильме какой-то такой свет, который был в советском детстве: косые теплые лучи из-за штор и ощущение вневременности происходящего.

Ильдико Эньеди (Ildikó Enyedi) на Берлинале 2017 г. Фото: Alexander Janetzko / Berlinale

Сравнение людей с животными лежит в основе еще одного отмеченного жюри фильма — польского «След зверя» (Pokot). За этот фильм Агнешка Холланд получила приз имени Альфреда Бауэра. Не в меру пафосный и замысловатый по жанру фильм, я назвала бы его «феминистический эко-триллер». Тема любви к животным и прав животных на безбедную жизнь занимает европейское общество уже пару десятков лет. Сама, признаться, получила первую стипендию на обучение в Германии, выехав именно на этой теме.

И этот красивейший фильм — он про все правильное: люди жестоко убивают животных (и разрушают себя и друг друга заодно), а в Библии сказано «не убий». «Ой, да это про людей, а животных-то можно», — говорит деревенский священник. «Ах ну тогда можно и око за око и зуб за зуб, и никто никаких вторых щек тут подставлять не будет», — думает женщина, которая своих пропавших собак называет то суками, то детьми своими. Так что сегодня ты ешь рагу из оленины, а завтра тебя затопчут кабаны. Смотреть этот фильм стоит за рассветы и закаты, в остальном же, несмотря на выстрелы, убийства, кровищу и постоянные конфликты, он получился скучным.

Агнешка Холланд (Agnieszka Holland) на Берлинале 2017 г. Фото: Alexander Janetzko / Berlinale

Финскому режиссеру Аки Каурисмяки, на которого ставили многие кинокритики, дали утешительного мишку как лучшему режиссеру за картину «Обратная сторона надежды». Фильм про сирийского беженца абсолютно прекрасен своим сдержанным юмором, но кажется чрезмерно актуальным, чтобы стать классикой. Слишком мякотка, слишком синхронно.

С Каурисмяки была лучшая пресс-конференция из всех, на которых я была, — исполнитель главной роли пел, а режиссер шутил и отрицал наличие творческого метода, про который так любят спрашивать журналисты: я, говорит, прошу актеров поменьше махать руками в кадре. Ну и выбираю тех, что посимпатичней, конечно. Результат получается забавный: как бы про войну, как бы про горе и потери, но комедия. «А что еще делать, если не смеяться? Можно ведь просто сойти с ума», — говорит друг главного героя. Смотришь и веришь. К моменту вручения наград Каурисмяки успел и расстроиться, и утешиться, а потому не смог подняться на сцену и принимал свою награду, сидя в зале.

Аки Каурисмяки (Aki Kaurismäki) на Берлинале 2017 г. Фото: Ali Ghandtschi / Berlinale

Приз большого жюри получил фильм «Фелисите» Алена Гомиса о жизни и борьбе с этой жизнью певицы из Киншасы. Фильм частично документальный и, как записала в своем ноутбуке сидевшая рядом французская критикесса, «настоящая история о сильной женщине».

Я в Киншасе не была, но, судя по фильму, снимать печальные истории о бедности и несправедливости нужно именно там. Это даже нечестно по отношению к авторам фильма «Молодой Карл Маркс», которым пришлось для работы с этой темой придумывать костюмы, декорации, в общем исторически реконструировать времена, когда зарождалось сопротивление бедных против эксплуататоров. А тут никакой реконструкции не нужно — выходи в город и снимай, трущобы соседствуют с роскошью.

Ален Гомис (Alain Gomis) на Берлинале 2017 г. Фото: Andreas Teich / Berlinale

Приз за лучший короткометражный фильм получил «Маленький город» Диого Коста Амаранте, который я, к сожалению, не видела, но, кажется, пришло время короткого метра. Во всяком случае, не будет мучить ощущение потерянного времени, как после просмотра португальского «Colo» из основной программы или турецкой картины «Kaygi» из Панорамы. Первый — медленная драма о взрослении в условиях экономического кризиса. Ну взрослели мы, допустим, в условиях и похуже, но и трагизма поменьше было. А может быть, смотреть фильм скучно, потому что трагизм какой-то придуманный.

То же самое чувствуется в «Kaygi», где драматизм создается исключительно тревожной музыкой и съемкой в пасмурные ветреные дни. Некоторые режиссеры, видимо, считают, что если снимать в мрачных фильтрах и накладывать тревожный саундтрек, и неважно что — офис или парк или квартиру, то получится драма или даже триллер. А если через слово говорить: новости, монтаж и цензура, то получится политический триллер.

Музыка становится еще тревожнее, когда редактор канала, на котором работает героиня, требует изменить заголовок в угоду цензуре. Цензура — это очень плохо, подсказывает нам саундтрек.

Лучшим актером назвали австрийца Георга Фридриха, который исполнил главную роль в немецкой картине Томаса Арслана «Белые ночи». Довольно ординарный фильм, который, однако, сильно украшают пейзажи северной Норвегии. Вышедший за своим «медведем» Георг Фридрих налепил на него жвачку и вел себя ровно так же отвратительно, как и в фильме, и это наводит на мысль о том, что перевоплощаться для роли ему особо не пришлось. Лучшей актрисой стала кореянка Ким Мин-хи, сыгравшая актрису же в фильме «В одиночестве на ночном пляже».

Ким Мин-хи (Kim Minhee ) и Георг Фридрих (Georg Friedrich) на Берлинале 2017 г. Фото: Andreas Teich / Alexander Janetzko / Berlinale

Монтажер Дана Бунеску за работу над румынским фильмом «Ана, моя любовь» получила приз за выдающийся вклад в искусство. Калин Петер Нецер, режиссер этого фильма, четыре года назад получил главный приз Берлинале за свой фильм «В позе ребенка». Его новый фильм получился мягче, ровнее и проще. Тема «отцов и детей» по-прежнему занимает режиссера, но теперь с точки зрения психоанализа. Впрочем, если вы когда-либо страдали паническими атаками, этот фильм даст богатый материал для размышлений.

Награду за лучший сценарий получили Себастьян Лелио и Гонсало Маца за картину «Фантастическая женщина». Он тоже о праве любить и быть любимым, о прощении и принятии. Берлинале не был бы Берлинале, если бы в основной программе не было фильма о сексуальных меньшинствах. Право на счастье есть у каждого, таков девиз фестиваля, так что идите в зал и смотрите один за одним фильмы о глубоко несчастных людях.

Пожалуй, единственным исключением стала картина о еврее, прошедшем концлагерь и оставшемся в живых. Идея смеяться над ужасами жизни помогает спастись герою Морица Бляйбтроя в фильме «Однажды в Германии». Человек, выживший благодаря тому, что был шутом у убийц своей семьи, пытается наладить свою жизнь после войны. Режиссеру удается снять фильм, в котором в каждый момент есть повод и для смеха, и для грусти. Я такие фильмы люблю за то, что они и выдают новые кусочки истории, и картинка красивая, и подумать есть о чем, и не пытаются нагнать ненужного пафоса.

Трейлер фильма «Однажды в Германии» (Es war einmal in Deutschland), 2017 г.

Есть и хорошие новости: посмотрела «Последний портрет» с Арми Хаммером и Джеффри Рашем, биографическое кино про Альберто Джакометти. Красивый фильм про вдохновение, энергию, прокрастинацию, терпение и талант. Двухметровый Хаммер в жизни абсолютно так же хорош, как на экране, а все сидевшие рядом со мной на пресс-конференции пожилые немецкие кинокритикессы сопели и тяжело дышали от восторга. И я их понимаю. Смотришь на человека и думаешь: вот так идеально молекулы могли сложиться только с божьей помощью.

Арми Хаммер на Берлинале 2017 г.
Фото: Getty Images / Brian Dowling

В материале содержатся личное мнение, позиции, опыт, оценки и выводы автора. Они могут не совпадать, либо полностью расходиться со взглядами редакции «Живого Берлина». Если вы также хотите высказать свое мнение по данному или другому вопросу, напишите нам.

Читайте также:

Маргарита Юкечева

Берлин


Поделиться
Отправить
Класс