Похвала коронавирусу

Если бы не определенные объективные причины, благодаря чему пипифакс вновь стал дефицитом, вы бы сейчас узнали мое непредвзятое и оригинальное мнение о ежегодной международной берлинской туристической выставке ITB. Но ее отменили, поэтому ваша судьба сегодня — прочитать про подготовку к апокалипсису.

Фото: pixabay.com (CC0 Public Domain)

Берлин. Воскресенье. Полдень. Вагон метро линии U2. Следующая остановка Александерплац. Для непосвященных: это популярная туристическая ветка. Напротив меня сидит китаец. Хочется улыбнуться ему, сказать «бонджорно, рагаццо», а потом покашлять. Но, к счастью, я тщеславна, работаю только на публику, а нас в вагоне двое.

Выхожу из-под земли. На воле красота: светит солнце, ласковый ветерок катит по тротуарам одноразовую посуду, на площади почти никого. Не видно даже традиционных для центра столицы алкашей. В кафе Einstein можно занять любой столик, а в KFC без очереди накупить всякого вкусного треша.

Я почти все знаю про истерию. Я хорошо помню мешки с сахаром в гостиных городских квартир и ящики с водкой в туалетах. Скажу больше, у меня есть дружище, который до сих пор моется мылом «Дуру» 1989-го года выпуска. И не то, чтобы он был увлеченным антикваром, снующим по блошиным рынкам в поисках раритетов, просто его матушка в свое время создала стратегический запас. Но ее понять можно. Она из военного поколения. И вот уже человека нет, а мыло все никак не кончится.

Пригласила подружку позалипать на сакуру в Лихтерфельде, а в ответ: «Ты что?! Коронавирус же!!!» Конечно, очень хочется разразиться едкой остроумной сатирой на тему. Но я потеряла на это право в тот самый момент, когда вскочила в субботу с петухами и ринулась в супермаркет за морожеными курами и макарошками.

А что касается эпидемии… Вживую ни одного вирусоносца не видала. А я такой журналист, что пишу только про личный опыт. А видала я вот что. Давно это было. Я и другие юные филологи трудились летом на полях страны, студенческий лагерь базировался средь бескрайних молдавских просторов. Вокруг на десятки километров не было ничего, кроме помидоров длительного хранения, которые мы собирали для отправки в сибирские края. Хозяева угодий имели особый подход к рабочей силе, выражавшийся в редкой хлебосольности. На завтрак мы получали манную кашу на воде и чай с марганцовкой, на обед перловку с костями и компот с марганцовкой, а на ужин икру заморскую (кабачковую) и чай (тоже с марганцовкой). Любовь к перманганату калия повара объясняли дезинфекционными мероприятиями.

Детокс-диета не способствовала трудовым подвигам, но зато отбивала охоту к авантюризму. Однако были и добрые люди, благоволевшие к иногородним студенткам. Тогда еще не получили широкого применения такие эпитеты как «гопники», «быдло» или «чмо». Их заменяло емкое слово «местные». Так вот, местные привозили дары молдавских подворий в виде творога, простокваши и продукты брожения виноградного сока, видимо, вынашивая далеко идущие планы. Сдается мне, источником дизентерийных палочек явились именно дары, поскольку никто не догадывался добавлять в них магические кристаллы, окрашивающие бесцветные жидкости в розовый.

Я по жизни везучая: все классические симптомы дизентерии обнаружились у меня первой. Они не шибко элегантные, так что описаний не дождетесь. По рации вызвали машину, и меня доставили в единственную в районе больницу с изолированным боксом со стальной дверью и решеткой на окне. Из развлечений — только бабка на соседней кровати и сверчки за окном.

Это была высококлассная по тем временам больница в русской части поселка под названием Днестровск. Молдавская часть называлась Незавертайловка. И это не какой-то мой особенно нетолерантный сарказм и причудливый расистский юмор. Можете погуглить Слободзейский район. А поскольку мест в днестровской больнице больше не было, всех, кто заболел после меня, отправляли туда.

Если днестровское учреждение здравоохранения было как крытка, незавертайловское я бы сравнила с колонией-поселением. Там можно было гулять, ходить в магазин и даже клуб. Так что у моих однокурсниц началась сытая курортная жизнь. Но продлилась она недолго. Через неделю, когда в лагере не осталось ни одного здоровяка, его решили закрыть.

К незавертайловскому лазарету подъехал автобус типа «пазик», туда загнали всех заразных и отправили в Воронеж. По дороге подруги вспомнили обо мне. Водитель не был настроен сворачивать с намеченного маршрута, но не смог противостоять напору двадцати гормонально неуравновешенных 19-летних девиц. Из высококлассной днестровской больницы было не так-то легко вырваться официально, поэтому пришлось отжимать решетку какими-то подручными средствами и вылезать из окна, пока бабка стояла на шухере.

Чтобы вы понимали, от Незавертайловки до Воронежа 1192 километра. Если учесть, что максимальная скорость «пазика» 90 км/ч, можно было бы доехать за 13 часов. Но это в идеальном мире, а мы ехали двое суток и еще один день, метя дизентерийными шигеллами леса, поля, города и веси окрест нашего маршрута, поскольку мы все как одна были недолеченными.

Логично предположить, что страну должна была накрыть дизентерийная пандемия. Однако в те времена никто не пекся о здоровье нации, и наш инфекционный трип прошел незамеченным.

Надо ли напоминать, что мы живем в прекрасное время информационной сатисфакции. Уже полвека никого не удивляет, что космические корабли бороздят просторы вселенной. Мы можем защититься от угрозы вымирания и нашествия неведомых сил. Нам не страшен ни зомби апокалипсис, ни восстание киборгов. Мы к нему уже подготовились.


Читайте также:

Ирина Бакер

Корреспондент. Берлин


Поделиться
Отправить
Вотсапнуть
Класс
Поделиться
Отправить
Вотсапнуть
Класс

Добавить комментарий