Другие немцы: Ватник и комбайн

20.03.2018   Мнение

Журналист из Санкт-Петербурга Людмила Ляхова уже много лет коллекционирует истории о немцах. Не о великих и не об ужасных. Простые короткие человеческие истории. Иногда смешные, но чаще грустные. «Живой Берлин» публикует некоторые из них. Сегодня у нас вторая часть.


Неожиданный подарок

Дочь пришла поздно и с порога:

— Мама, он такооой!

Сердце Марии ухнуло куда-то вниз и она, сама того не замечая, с таким же, как дочь, придыханием произнесла:

— Какооой? Кто? Где познакомились?

— Ну как где, на интернациональном вечере, в универе. Он такой красивый, умный, мы по городу гуляли, взявшись за руки. А потом они на автобусе подвезли меня к метро.

— Кто — они?

— Студенты немецкие.

— Ка-ки-е?!

— Немецкие.

— Из ГДР?

— Нет, из Западного Берлина.

Шел 1986 год. Начиналась перестройка, но все еще было на месте. Еще СССР и две Германии, и мысли — «совковые». И одна из них, прочно засевшая в головах: «ГДР — хорошо, ФРГ — плохо». А дочка — ее семнадцатилетняя девочка, сияя от восторга, продолжает:

— Мам, я такая счастливая.

— Но ведь уедет же — забудет. Зачем тебе это?

— Не забудет.

И ведь правда, не забыл. Каждый день напоминал о себе звонками и письмами. Потом приехал к ним. Высокий, с вьющимися русыми волосами. При первом знакомстве он волновался не меньше Марии. А через год молодой человек по всем правилам этикета просил руки ее дочери.

Взволнованная Мария носилась из кухни в столовую, готовясь как можно вкуснее накормить будущего зятя. Который в тот день, вопреки немецкой традиции, почему-то опаздывал. Но раздался звонок, Мария открыла дверь. На пороге стоял он с большой коробкой в руках. Запинаясь, сказал:

— Это тебе. Кухонный комбайн. Ты слишком много работаешь.



Советский сувенир

Почему-то западноберлинским студентам очень нравились наши фуфайки. Ну помните, такие толстые ватные куртки защитного цвета с вертикальной строчкой. Мария недоумевала. Скажем так, наряд этот не из гламурных. Скорее — наоборот. Профессиональная одежда колхозников, строителей, сантехников и заключенных. И вот — поди ж ты! «Понаехавшим» из Европы молодым людям вынь да положь ватник.

И где Мария их только не доставала: в сельском магазине, у знакомых сторожей, у дворников и даже выменивала на сладости у пенсионеров. Короче, человек пять немцев экипировала.

И что же вы думаете? В этакой красоте молодой муж ее дочери явился ко входу в ресторан, где его ожидало все женино семейство. И ресторан не простой, а самый дорогой в городе. Первым стойку сделал толстый швейцар, услышав немецкую речь. Официант же иностранных слов не слышал. Он передавал счет двум поддатым морякам, не поняв, почему они тоже бросают взгляд куда-то ему за спину. Официант повернулся и выпалил на автопилоте:

— Мест нет и не будет.

— А вон там у окна есть четыре места, — произнесла дочка. Тогда официант отвел ее в сторону, кивнул на немца и спросил:

— Кто будет платить?

Немец услышал и даже понял. Ткнул себя пальцем в самую середину ватника и заявил:

— Платить будет этот. — И прошел к столу.

На официанта было жалко смотреть. Ну не принято в ватниках ходить в приличные заведения! Эту информацию я пыталась донести до иностранного сознания. Вроде понял. Но на другой день попросил подарить ватник его маме.

— Мама любит иногда скромно одеться.

Ну не до такой же степени, подумала я, вспомнив о том, что мама закончила Оксфорд.

Людмила Ляхова ■

Изображение в анонсе: кадр из фильма «Дело было в Пенькове»


Читайте также:


Поделиться
Отправить
Вотсапнуть
Класс
Поделиться
Отправить
Вотсапнуть
Класс