Медицинская страховка для IT-специалистов и инженеров Медицинская страховка для IT-специалистов и инженеров Медицинская страховка для IT-специалистов и инженеров Медицинская страховка для IT-специалистов и инженеров Медицинская страховка для IT-специалистов и инженеров Медицинская страховка для IT-специалистов и инженеров

Другие немцы: Две истории одной жизни

14.03.2018   Мнение

Журналист из Санкт-Петербурга Людмила Ляхова уже много лет коллекционирует истории о немцах. Не о великих и не об ужасных. Простые короткие человеческие истории. Иногда смешные, но чаще грустные. «Живой Берлин» публикует некоторые из них. Сегодня первая часть.


Русские и немцы. Наверное нет в мире двух других народов, которые были бы так похожи и так не похожи друг на друга, которые бы так дружили и так враждовали. И которых бы так неудержимо тянуло друг к другу. Быть может — это вековая генетическая память, которая, помимо нашей воли, помогает все-таки понять и простить. Может быть.

Берлин сейчас удобный для жизни город. Даже не верится, что когда-то здесь были одни руины. Также, как сегодня не верится, что в блокадном Ленинграде люди умирали от голода на улицах. Не могу представить, как дрожал от взрывов красавец-Эрмитаж и как советская артиллерия рушила мосты эс-бана. Там и сейчас видны выбоины в граните.

Теперь, скажут, это — далекая история. Мне тоже хотелось бы так думать. Как вдруг, на лестничной площадке второго этажа берлинского дома слышу истерический старческий голос: «Кто там говорит по-русски? Не могу слышать — пусть уйдут. А танки, русские танки там есть?» «Старуха не в себе, — сказал мой спутник, — пережила штурм Берлина».

А у меня перед глазами — опять Эрмитаж и пожилая женщина, потирающая седые виски. «Не могу я слышать этот немецкий язык, эти экскурсии. Ребенком была в оккупации».

Вот такая перекличка. И все же, все же, все же. Кто одними из первых начал присылать нам в голодные 1990-е гуманитарную помощь? Кто построил под Питером гигантские автозаводы? Кто поделился технологиями? Немцы! Потомки бывших врагов. Почему-то именно они первыми поехали в Россию. Прямо как при Екатерине II, пригласившей их обустроить северную страну. И они приехали. И назад не стремились. И верой, и правдою служили России.

Больше половины русского дворянства имели немецкие корни. А потом — война за войной. Мы росли максималистами. Все было либо черное, либо белое. И немец плохой, потому что он — враг.

Но нечаянно услышанная подростком ссора соседок заставила задуматься. «Да если б не Ганс, твои дети бы погибли». Как любой послевоенный ребенок я была озадачена. Выходит, были и другие немцы! Позднее я узнала о немце-печнике Гансе, работой которого до сих пор любуются местные жители. О немке из Дрездена, принимавшей роды у русской военнопленной в горящем городе. Моя коллекция историй об иных немцах росла. И мне захотелось рассказать и о сегодняшнем дне. Тем более, что немецких знакомых становилось все больше. Чем они похожи на нас, а чем — нет? Об этом и многом другом — мои маленькие зарисовки.



История первая

15-летнюю Валентину угнали на работу в Германию вместе с семьей. Всех взял на работу хозяин керамической фабрики. Она находилась в Лотарингии, при ней располагался лагерь остарбайтеров. Побеги карались строго, в остальном издевательств не было. Случалось даже, что бригадир — пожилая немка — подкармливала Валю у себя дома. А потом всех перевели в дрезденский филиал, где девушка познакомилась с будущим мужем.

В день бомбардировки Дрездена у Вали начались роды. Все происходило в подвале фабрики. Бомбежка города была настолько сильной, что на женщин сверху падали огромные куски штукатурки.

Весть о том, что русская рожает, разлетелась быстро. Подбежали две медсестры — пленная русская и немка. Сквозь грохот бомбежек Валя услышала голос: «Смотри, вот он — сыночек твой». Скорчившись, Валя сидела у какой-то стены, где-то рядом рушились дома, заживо сгорали люди. Молоко не появилось. Вдруг кто-то дотронулся до плеча. Это была немка, тоже недавно родившая ребенка: «Давай ребенка — покормлю». Потом они бежали. Все горело. Перевернутые трамваи, разрушенные здания. Наконец ад остался позади.

История вторая

На границе их встретил СМЕРШ. Русского мужа, как бывшего военнопленного, арестовали. В СССР он попал в лагерь, где и сгинул. Свидетельство о рождении сына, выданное в Клотце, заменили другим, с прочерком в графе «отец». Работы не было нигде, кроме лесоповала или шахт. Она выбрала шахту. А там — пленные.

«Я никому раньше не рассказывала об этом. Был в моей жизни еще один лучик любви. Зачастил к нам в маркшейдерское бюро немецкий бригадир. Молодой, красивый. Сначала, жаловались друг другу на жизнь. Он мне про погибшую невесту рассказывал. Уходить надо, а он все сидит. Так полтора года и просидел. А потом пришлось прощаться. Пленных возвращали в Германию. Перед отъездом цепочку с сердечком мне принес. Сам сделал. И надпись выгравировал: «Не забывай меня». Я ему только и могла сказать: «Не будь больше солдатом, Руди. Ведь ты меня убить мог».

Людмила Ляхова ■

Фото в анонсе: Kenneth Lu / Flickr.com


Читайте также:


Поделиться
Отправить
Вотсапнуть
Класс
Поделиться
Отправить
Вотсапнуть
Класс