Дистиллят «Живого Берлина» 42 октября 2019 г.

Постоянные читатели нашего журнала привыкли, что в «дистиллятах» мы представляем то самое важное, что за прошедший месяц прошло через нас, то, что было нам интересно или важно более всего. Но сегодняшний дистиллят будет иным. Потому что в октябре важным, интересным и радостным для нас было происходившее внутри нашей команды.

Германия в XXI веке. Theodore Hildebrand & Sohn. 1900 г. Источник: Википедия

Именно в октябре 2019-го — и это, мы надеемся, не упустят будущие историки новых европейских медиа первой половины XXI века — наш журнал осознал себя как издание окончательно транс-европейское, не ограниченное не только берлинским, но даже и германским контекстом.

Это требует пояснений, не только для самих нас, но и для наших друзей-читателей, друзей-журналистов и друзей-друзей.

Предпосылки

«Живой Берлин» существует уже десять лет, и все эти годы тем или иным образом он концентрировался на берлинских событиях, событиях в Берлине, событиях в связи с Берлином. Такой подход был оправдан, ибо мы — берлинцы, и именно благодаря такому подходу мы получили в друзья наших читателей: а речь идет о 150 тысячах уникальных посетителей в месяц. Но даже сейчас мы видим, что только половина из вас читают нас из Германии. Вторая половина наших друзей живут на всех континентах, нас читают везде. И мы поняли, проведя соответствующие исследования, что для наших читателей важна не только и даже, позволим себе сказать, не столько берлинская или германская повестка, но наш берлинский взгляд на события. Где бы они ни происходили.

В XXI веке Берлин подспудно, не всегда сам то осознавая — насколько город вообще может «осознавать», — стал европейской столицей. Попытка брекзита, как бы она, кстати, в итоге ни закончилась, лишь подчеркнула столичный статус нынешнего Берлина: «если не Лондон, то Берлин» — так стоял вопрос десять лет назад… «Если Европа, то Берлин» — так стоит вопрос сейчас. Здесь сыграли роль, как всегда бывает в важных трендах, множество факторов.

Вот, например, гостеприимство берлинцев, не характерное не только для остальной Европы, но и для остальной Германии: гостеприимство несколько прохладное, как и положено настоящему магниту. Здесь не лезут в душу, здесь нормально жить в одиночку, здесь совершенно все равно, кто ты, как ты выглядишь (даже если ты одет с иголочки), откуда ты и куда ты. Здесь тебя принимают как есть. И ты обязательно найдешь себе подобных, что очень важно… если захочешь.

И вот, например, относительная дешевизна жизни, полная противоположность Лондону и скандинавским столицам. И при этом всегда, всегда есть возможность сказать, что не из-за дешевизны ты перевел сюда свой офис, конечно, нет… А из-за креативности пространства, близости к Восточной Европе, динамичности растущей экономики… все, что хотите.

Или вот, например, разнообразие городского пространства: здесь можно жить/работать в современном деловом квартале или в деревне, рядом с европейским центром дауншифтинга или в буржуазном квартале классического образца, в районах социалистической застройки и настроения или в старом Шпандау, где остальной Берлин считают своим пригородом…

И даже, например, то, что на выборах здесь побеждают зеленые… это вполне в тренде, сюда озабоченным проблемами изменения климата переехать естественно, они попадают во вполне комфортную для них среду.

Вывод такой: Берлин стал — и это уже факт — самой главной точкой притяжения Европы. И все увеличивающееся количество американцев, австралийцев, британцев, израильтян и, особенно, ай-ти-шников на наших улицах — еще одно тому подтверждение.

Что это значит для «Живого Берлина»? Мы считаем, что это означает для нас новый этап — по факту выяснилось, что мы стали русскоязычным медиа столицы Европы. И было бы странно для нас в связи с этим не измениться.

Германия в XXI веке. Theodore Hildebrand & Sohn. 1900 г. Источник: Википедия

Направление движения

Мы сидели и думали, что же теперь делать. Позиция нашего журнала, в связи с соответствующим изменением позиции Берлина, стала новой, в том числе и для нас. А то мы все никак не понимали: почему так «тормозит» рубрика берлинской афиши, например? Да просто потому, что «Живой Берлин» — это не городская информационная газета, это издание, транслирующее, а в будущем (надеемся) формирующее, мнение Берлина о происходящем. В такой трансляции может быть, конечно, место и для афиши, но только в том случае, если событие, формулирующее нечто глобально важное… Мы отказались от афиши в начале лета, но только сейчас осознали, почему.

И теперь мы будем осознанно формировать собственную, исключительную повестку, становиться тем, чего от нас требует столичный фактор, то есть работать для вас, дорогие читатели, с ответственностью за те слова, которые мы произносим, уже в общеевропейском контексте.

Конечно, остается берлинский, германский взгляд: было бы странно пытаться уйти от того, что мы есть. «Живой Берлин» — издание берлинское. И будет берлинским в смысле точки обзора. Мы смотрим отсюда, мы передаем вам наш взгляд — на Германию, на Европу, на мир — для того, чтобы вы почувствовали, чем живет Европа и ее столица. То место, где сейчас и в ближайшие десятилетия будут формироваться главные смыслы и в культуре, и в политике, и в экономике, и в социальных движениях.

Мы хотим, чтобы наши читатели были в курсе трендов и изменений, при взгляде прямо из того города, где все это, собственно, и происходит.

Германия в XXI веке. Theodore Hildebrand & Sohn. 1900 г. Источник: Википедия

Чего ждать

Превращений. Ничего кардинального сразу не случится. Постепенно окажется, что журнал поменялся: новые темы, иные направления, другие форматы. Однажды, зайдя по знакомой ссылке, вы обнаружите, что журнал теперь называется как-то несколько иначе… Изменимся и мы, команда журнала… Нет, нет, мы остаемся, не волнуйтесь (а кто-то заволновался? — ну, тогда спасибо :) ) Мы просто станем немного другими.

Останется в любом случае главное: наш фильтр, которые существует и никуда не денется. Мы отбираем контент, интересный вам и нам, важный и долгоиграющий. И, если хотите, мы будем день за днем возгонять для вас сложную информационную смесь в нашем редакционном дистилляционном аппарате, а потом снова и снова, чтобы в итоге вы получили тот самый дистиллят, которым и должны стать в итоге все наши материалы. Чистыми от информационного шума.

Чистыми, как слеза.

Prost!

Борис Шавлов, главный редактор


НМ: Уверен, вы обратили внимание на то, что изменилось еще кое-что. Кое-что очень важное: у журнала теперь новый главный редактор. Борис Шавлов пришел в проект не с пустыми руками, а с очень умной и амбициозной концепцией, озвученной в общих чертах выше. Я убежден, что под его руководством журнал действительно станет большим европейским русскоязычным изданием. Как говорят артиллеристы, цель должна быть огромной, тогда в нее легче попасть.

Я, конечно же, никуда не пропадаю, а лишь возвращаюсь к своим прямым и любимым обязанностям по администрированию нашего проекта, который состоит не только из онлайн-журнала, но еще и офлайн-клуба, и рекламного агентства. Недавно мы запустили свое мобильное приложение, которое нужно развивать и улучшать. И есть у нас еще множество отличных идей, которые ждут, чтобы до них дошли руки.

Николай Мясников, бывший главный редактор


В оформлении материала использованы изображения из серии «Германия в XXI веке», выпущенной в 1900 году немецкой кондитерской фирмой Theodore Hildebrand & Sohn. Одна из 12 карточек серии помещалась в каждую коробку с шоколадом или конфетами. Источник: Википедия.


Борис Шавлов

Главный редактор. Берлин


Поделиться
Отправить
Вотсапнуть
Класс
Поделиться
Отправить
Вотсапнуть
Класс

Добавить комментарий