Записки очень позднего переселенца* #1

Как я успела вскочить в последний вагон

Я поздний переселенец (далее ПП). Так себе название. Мой парень сказал: «Какая-то шляпа… Давай ты лучше будешь эмигрантом». И он прав. Когда ты слышишь слово «эмигрант», представляешь институтку-дочь офицера или седого князя в эполетах. Термин ПП ассоциируется с образом тетки с пафосной укладкой на голове и в шелковой кофте с люрексом и чувака в двубортном костюме и белой рубашке без галстука, но застегнутой до подбородка.

Но я, на минуточку, не просто ПП. Я очень ПП. Намедни мы с подружкой отметили годовщину вступления на родную германскую землю не в качестве туристов, но полноправных граждан ФРГ. Мне в Москве дама в посольстве так и ответила задушевным, проникновенным голосом на мой вопрос насчет стоимости национальной визы: «Вам не надо платить: вы возвращаетесь на Родину!» В самолете Москва-Ганновер на ум пришел финал «Брата 2»: «Мальчик, водочки нам налей. Мы на Родину летим». Только что попросить? Шнапса? Так его в самолете не наливают.

Мой шеф, узнав, что я ПП, озадаченно изрек: «А я думал, мы все уже уехали». Да, по статистике основная масса ПП, а именно более 1,6 млн человек, получили гражданство ФРГ в 90-е. Но не все. Согласно переписи 2010 года в России таких, как я, и подобных проживало порядка 394 тысяч. Скорее всего эта цифра с тех пор не претерпела значительных изменений. Массового выезда из РФ этнических немцев не наблюдалось. А ведь есть еще Казахстан, Украина и другие республики бывшего Советского Союза. Я лично в родном городе, а это отнюдь не мегаполис, знаю около полусотни «наших», и половина из них — мои родственники. Если б все задались целью собраться и поехать, чернобородые «хипстеры» потерялись бы в толпе сероглазых блондинов.

Но народ не рвется. Кто-то «вроде ниче так живет», некоторые тупо боятся, начитавшись статей из серии «В Россию захотели вернуться около 500 тыс. переехавших в Германию российских немцев», а иные считают, что это просто невозможно. Я сама до последнего считала свою затею авантюрой.

Процесс сбора бумаг нельзя назвать развлечением. Один антраг (анкета ПП), состоящий из стопятьсот страниц и написанный отменным бюрократическим языком, так что даже знаток немецкого не сразу догоняет, я заполняла целый месяц. Конечно, можно было обратиться к специалистам, но мы-то, недоарийцы, легких путей не ищем.

Дабы стать полноценным гражданином благополучной европейской страны, необходимо обеспечить соответствующие службы самыми полными сведениями о себе, своих родителях, супругах, родителях супруга, детях и прочее. Неделю я только переводила папину трудовуху, шарясь по словарю в поисках аналогий «Завода пусковых двигателей» и «Цеха КИП и автоматики». Затем пришлось ставить апостили на всевозможные СОСы, СОРы, СОБы и прочая. Вот когда я поняла, что мама была права и не фиг пятьсот раз замуж выходить. Заключительным этапом всей этой антимонии стал перевод килограмма ксив и маляв, включая бумаги о раскулачивании, репрессиях и расстреле дедушки в 1941-м. В общем и целом, стоимость пакета доков обошлась в три четверти моей зарплаты, а я была не последним журналистом в родном городе.

Благословясь, я запаковала плоды трехмесячных трудов, отправила конверт в Кёльн заказным и беспечно обо всем позабыла. Надежды на положительный ответ стремились к нулю. Ну, да, мои предки по папиной линии — самые что ни на есть чистокровные немцы с родословной со времен Екатерины II, увековеченной в увесистом томе, который в свое время «родил» канадский дядюшка, помешанный на генеалогических деревьях. Однако в моих документах присутствовал существенных недостаток, источник изначальной нерешительности: в советском серпастом-молоткастом в графе национальность значилось «русская». В те распрекрасные, как многие нынче полагают, времена 16-летние дети, впервые получающие паспорт, должны были выбрать. И я, предварительно накрученная папенькой, который нимало натерпелся от своего «немца» в паспорте, ответила: «Русская». «Молодец!» — паспортистка энергично пожала мне руку. И я несколько лет гордилась этим своим дурацким поступком.

И каково же было мое удивление, когда уже через 9 месяцев после отправки документов пришло приглашение в Саратов на так называемый «шпрах-тест». В срочном порядке засела за немецкий. Со страху выучила не только гимн ФРГ и песенку про елочку, но также «Отче наш» и составы футбольной сборной с 1990 года. В итоге, самым трудным оказалось добраться до Саратова. Собственно тест представлял собой беседу для людей с задержкой умственного развития. Чего уж говорить, если наиболее занимательный вопрос звучал так: «Есть ли у вас дома холодильник?»

Языковая проверка на вшивость состоялась в начале июня, а уже в августе я получила новую бумагу из Кёльна из серии: «Это посылка для вашего мальчика, но я вам ее не отдам, потому что у вас документов нет». В общих чертах в ней говорилось, что тест я сдала прекрасно, но приглашения не получу: не базарю на бабушкином платтдойче**. И теперь, поскольку у меня нет никакого документа, где было бы немецким по белому написано, что я «немка», я должна сдать экзамен в институте Гёте, доказав уровень B1.

Я пригорюнилась. Не то чтобы пасанула сдавать B1 в Гете, но совсем не было времени на все эти разъезды в Москву, да и лишние деньги куры поклевали.

Однако одним воскресным вечером, уныло барахтаясь в сети, я наткнулась на описание судебного процесса. Некий гражданин, назовем его Шефер, отсудил национальность, апеллируя к ст.26 Конституции РФ, гласящей, что «никто не может быть принужден к определению и указанию своей национальной принадлежности. В то же время каждый вправе определять и указывать свою национальную принадлежность», а также ст.16 «Всеобщей Декларации прав человека».

Не вдаваясь в подробности, суд я выиграла без чьей-либо помощи — слава Интернету. Если кому интересно, можете мне звонить, писать, приглашать на совместную дегустацию горячительного — с радостью поделюсь опытом. На описание тяжбы потребуется многобуков, а их в этом тексте и так уже до неприличия. Главное, что после отправки в Кёльн решения суда приглашение упало в почтовый ящик уже через пару месяцев.

И тянуть кота за хвост я не стала: купила самый большой чемодан, набила зимней одеждой и стартанула во Фридланд.

(Продолжение следует)

*Поздние переселенцы — лица немецкой национальности или немецкие граждане, попадающие под действие «Закона о делах перемещенных лиц и беженцев», принятого в 1953 году, а также члены их семей, переселившиеся в Германию постоянное проживание в рамках процедуры приёма по данному закону.

**Платтдойч — нижне-прусский вариант восточного нижненемецкого языка, используется во многих странах мира потомками немецких эмигрантов.

paxpistor

__________________________________________________
Редакция «Живого Берлина» не работает над материалами раздела «Открытая линия». Их создают, оформляют и публикуют сами авторы. Что это за раздел и как стать его автором?


Поделиться
Отправить
Класс

Один комментарий

  1. Не понимаю. Если вас не признали этнической немкой, то какая разница, как вы здалия шпрахтест? И наоборот, если вас признали немкой, то почему В1? Вроде А1 достаточно.
    А пишите хорошо. легко и весело


Добавить комментарий