Berlinale: Одна воин в поле

Наш автор посмотрела немецкий фильм «24 недели» (24 Wochen), который вошел в конкурсную программу Berlinale-2016. Главная героиня знает, что у ребенка, которого она носит под сердцем, синдром Дауна. Нужно решить: оставить ему жизнь или нет.

Любое кино — манипуляция. Вас заманили красивыми афишами и загадочным описанием, вас посадили в кресло. Теперь задача команды фильма — нахлестать вас по щекам эмоциями: болью, закатом, смертью, пронзительной музыкой, сексом, солнцем в дымке, смехом, резкой сменой кадра, насилием. И с этой задачей режиссер фильма «24 недели» Анне Зохра Беррахед справилась хорошо. Просто сделала это по-женски аккуратно, сшила незаметными стежками, отпарила и встряхнула.

Среди 23 картин основной программы Берлинале эта — единственный фильм полностью немецкого производства. Реакция кинокритиков на него варьируется от полного восторга (подняты такие важные вопросы!) до отвращения (дешевая манипуляция на нервах публики, преимущественно женской ее части). Примерно с середины фильма в зале не осталось женщины без носового платка, а когда возрыдал муж героини — платки стали доставать и мужчины. Во всяком случае сзади явственно хлюпал какой-то бородач, но спроси у него — скажет, насморк.

24-wochen-berlinale-2016-frame-01

Фото: Friede Clausz · zero one film · Berlinale

Название фильма вызовет нужные ассоциации у любой женщины — мы же меряем жизнь неделями в беременность и месяцами до и после нее, а мужчины тем временем ловко орудуют десятилетиями, веками и эрами. Героиня — успешная актриса кабаре, комедиантка, работающая в жанре стендап, — беременеет вторым долгожданным ребенком и вскоре узнает, что у малыша синдром Дауна. Практически сразу они с мужем (которого она представляет как бойфренда, хотя тот уже изрядно полысел и приобрел животик) принимают решение рожать и любить этого ребенка. Их уверенность не разделяют ни родители, ни друзья, ни восьмилетняя дочь.

Еще несколько недель, и оказывается, что синдром Дауна — не единственная проблема у малыша. Теперь им предстоит принять куда более сложное решение: дать малышу жизнь или решиться на аборт на позднем сроке, что равноценно убийству маленького человека. А главное, как быть, если решение должно быть совместным, но у мужа и жены принципиально разное мнение на этот счет?

24-wochen-berlinale-2016-frame-02

Фото: Friede Clausz · zero one film · Berlinale

Несмотря на спекуляцию детской темой, вопрос ставится перед зрителем куда более масштабный: если в гуманистическом обществе любое живое существо имеет право на жизнь, то имеет ли это право человек, обреченный на тяжелые физические страдания? Должны ли мы быть гуманными настолько, чтобы лишать жизни того, чья боль невыносима? Многие из нас внутренне соглашаются с идеей эвтаназии, когда речь идет о высохших под аппаратами глубоких стариках, — они уже прожили длинную жизнь. Но неродившийся ребенок, который еще не знает жизни, — должен ли он получить на нее свой крошечный шанс? Должны ли несколько взрослых и успешных людей принести в жертву свои полноценные успешные жизни, чтобы этот шанс осуществить, не имея ни малейшей гарантии на успех? Да и можно ли назвать «успехом» жизнь человека, рожденного с крайне ограниченными возможностями?

Скрупулезная немецкая статистика дает сухой ответ на эти вопросы: нет. 90% женщин в подобной ситуации решаются на поздний аборт. В фильме на все эти вопросы отвечать приходится самой Астрид, героине актрисы Юлии Йенч. Несмотря на поддержку мужа и близких, в этой ситуации она, как и на сцене, совершенно одна.

Мужа героини играет комедийный немецкий актер Бьерн Мэдель, который в этом фильме предстал в необычном для него трагическом амплуа. Он говорит о христианской морали как о чем-то, что диктует решение, он рядом со своей подругой в горе и радости, на сцене и в кабинетах врачей, он почти идеален, разве что до сих пор не сделал предложение своей подруге да разок поскандалил с ее матерью.

24-wochen-berlinale-2016-frame-03

Фото: Friede Clausz · zero one film · Berlinale

«24 недели» — это второй полнометражный фильм Беррахед. Первый, «Две матери» (2013), — о лесбийской паре, которая мечтает завести ребенка, но немецкие законы не позволяют им провести искусственное оплодотворение, поэтому донора им нужно искать самостоятельно — был отмечен специальным призом Берлинале в 2013 году, а спустя три года второй фильм уже участвует в основном конкурсе.

На пресс-конференции режиссер рассказывала о том, как они искали женщин, прошедших через этот выбор, как записывали их истории, как плакали вместе за чашкой кофе в кафе и как уговаривали медперсонал принять участие в съемках — все появляющиеся в кадре врачи, акушеры и медсестры в самом деле являются таковыми. Кажется, ей удалось перенести эту боль в свой фильм. Не столько физическую — она забывается быстро, сколько душевную. Вот она остается надолго.


Ссылки:

Маргарита Юкечева

Берлин


Поделиться
Отправить
Класс